Газета "Октябрь"

  • Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
2018 год
24
июня
воскресенье

Общественно-политическая газета Тарусского района Калужской области. Газета основана в сентябре 1930 года.



Даты

E-mail Печать PDF

На границе всё спокойно

Граница государства, как санитарный кордон, препятствующий проникновению в страну всякой нечисти. Именно пограничники принимают первый бой в случае войны, а в мирное время охраняют рубежи страны от недругов.

К столетию образования погранвойск свои истории расскажут  люди, служившие на границе. Они-то знают не понаслышке, где начинается Родина.

Наш ответ хунвейбинам

После окончания восьмилетки в селе Яблоново близ Вознесенья Евгений Николаевич Родионов пошёл учиться на ветеринарного работника. Затем был призван в ряды Советской армии и направлен на советско-китайскую границу, в Благовещенск.  Учебные сборы, сержантская учебка, и, наконец, служба на заставе «Красная» в качестве командира отделения Благовещенского погрянотряда.

Через год в соседнем Райчихинске потребовался  ветеринар. Туда и направился Евгений. Теперь ему пришлось решать вовсе не пограничные задачи, а следить за здоровьем четвероногого подсобного хозяйства – лошадьми, коровами, и конечно, служебными собаками.

Приходилось ли непосредственно охранять границу? Конечно – ещё будучи командиром отделения под Благовещенском.

«Река Амур широкая и быстрая, - рассказывает Евгений. – Летом мы ходили вдоль контрольно-следовой полосы – по кромке Амура, но зимой ситуация менялась. Когда всё сковано льдом и заметено снегом, мы следили за всеми нахоженными тропами, которые вели к реке.

Часто приходилось задерживать перебежчиков – уходили китайцы от политических преследований и шли к нам. Очень возможно, что это были просто провокаторы, так как сразу после их задержания нарушений на этом отрезке больше не было. Китайцы всегда требовали, чтобы мы вернули им «предателя» и мы возвращали – зимой отвозили на машине, а летом – на катере. Сами перебежчики не хотели возвращаться - падали в ноги, молились, умоляли, чтобы их оставили в СССР. Это можно понять -  по рассказам очевидцев, таких предателей местное население потом буквально разрывало на части.

Бывали и другие случаи – вот выходишь с заставы на участок, забираешься на вышку и наблюдаешь такую картину: идёт китайский пароход - такой старинный, с лопастями. И как только он равняется с вышкой, то на палубу высыпают полуголые девицы и начинают своё представление. Зачем они это делали? Не знаю. Может, это был какой отвлекающий манёвр – нам того неведомо.

Однажды произошла забавная история: идут наши пограничники в наряд, а на противоположном берегу,  в узкой части реки их уже поджидают хунвейбины. Как наши подошли – китайцы дружно снимают штаны и садятся спиной к пограничникам – читают свои цитатники. Сначала это нас забавляло, но потом стало раздражать. Было у нас два друга  одного призыва и с одного города. Думали, думали – и придумали! Стащили у старшины большой лист фанеры, нарисовали на нём портрет Мао Цзедуна и втихаря вынесли на участок.

Утром, как обычно, идёт обход. Глазу открывается привычная картина – хунвейбины оголяют свои окорочка и показывают нам свои достопримечательности. А мы-то уже готовы! Ребята поднимают портрет Великого кормчего, и получается интересная композиция. Через некоторое время глядим – бежит их главный, что то орёт на своём языке. Те ничего не понимают, оглядываются и видят, что показывали свои филейные части самому Великому и солнцеподобному!»

Чем закончилась эта история, Евгений Николаевич уже не припомнит, но надо полагать, что проштрафившиеся затейники как следует получили от Главного хунвейбина по тем местам, которыми они стращали наших пограничников.

Испытание не для слабонервных

Первый в своей жизни День пограничника Александр  Викторович Голованов отметил в далёком 1969 году, когда его везли на советско-китайскую границу - в посёлок Рыбачье, расположенный на берегу озера Иссык-Куль, что в Киргизии.

Служить на границе – это была его мечта. Он так и представлял себя обходящим рубежи, и обязательно с собакой – куда же без верного Мухтара, с которым обязательно надо взять в плен нарушителя.

И эти мечты сбылись! Теперь этими воспоминаниями он делится с читателями «Октября»: «Учебку я проходил в Пржевальске, потом, в Душанбе - учился на командира отделения, а заодно и обучал свою собаку Астру в течение 6 месяцев на специальных курсах. Так я стал инструктором служебного собаководства. В этой должности направлен в Чунджинский пограничный отряд, на единственную отличную заставу в Нарнкольском направлении. Пограничная застава Ессек–Артан, находится высоко, оттуда хорошо видна одна из самых высоких вершин Памира – пик Хан Тенгри высотой 7995 метров.  Здесь высоко в горах растут эдельвейсы, а в небе парят хищные птицы. Трудно служить на границе, но почётно, когда знаешь, что за твоей спиной находится Родина, твои знакомые и близкие люди.

Граница – это никакая не романтика, а прежде всего -  кропотливый труд, требующий больших усилий и большого мастерства. Чувствуешь огромную ответственность, поэтому, когда находишься на той заветной черте, где стоит безумная тишина, то слышишь удары собственного сердца.

Дальше – служба. Ежедневные обходы охраняемого участка, где надо быть очень внимательным ко всем мелочам, держать ухо востро! А для слаженной работы необходимо, чтобы все были как одна семья – и повара, и связисты, и шофёры и трактористы. И у каждого – своя задача, которую должен выполнить безупречно – в любую погоду».

На погранзаставе  Ессек–Артан Александр прослужил ровно 15 месяцев. Это было в 1969 – 1971 годах - в то время, когда началось обострение советско-китайских отношений.  Охранять границу было непросто. Как вспоминает Александр: «Фланги у нас были большие – левый 12,5 км, а правый – все 20. И чтобы обойти один из флангов, давалось 8 часов – то есть, ты должен пройти 20 км. туда, а потом столько же обратно за время своей смены.

Часто, иногда до 5 раз в день, приходилось выезжать на сработку системы, которая была вдоль границы. Иногда задерживали и нарушителей, но это всё были обычные люди – они стремились покинуть Китай, в поисках лучшей доли в СССР. Таких мы отправляли обратно.

Труднее всего было поймать «проверочного нарушителя». На учениях, когда мы сдавали экзамены и выполняли нормативы, нам частенько запускали  своего «диверсанта».  Вся застава  поднимается по тревоге, а «диверсант»-то - большой специалист своего дела. Вот и попробуй такого выловить в горах и зарослях! Но мы всегда справлялись – намучаемся, набегаемся, набьём шишек, но лазутчик наш! А в 1970 году меня даже наградили отпуском – за проявленную смекалку в поимке такого шпиона.

Были и настоящие нарушители – проходили сводки об их поимке, но таких было очень мало».

Александр упоминает, что до 1969 года у нас с китайцами были отличные отношения – пограничники с обеих сторон подходили друг к другу, даже приветствовали,  иногда менялись часами. Но после 1969 года и событий на о. Даманском всё как отрезало. И вчерашние друзья стали врагами.

«Граница у нас шла по речке Нарынке, а шириной она всего 5-8 метров, - вспоминает Александр. - И вот, делаешь обход участка, смотришь. А китаец лежит, целится в тебя из автомата. Но у нас приказ: «Не провоцировать!» Такое испытание не для слабонервных!»

В целом время службы оставило в памяти Александра тёплые воспоминания. Он уверен, что армия – хорошая школа жизни, и каждый, кто считает себя мужчиной, должен изучить эту науку. Счастлив тот, кому выпадет честь служить в погранвойсках.

Чужака вычислят сразу

В отличие  от двух предыдущих наших героев Александр Иванович Казачёк защищал морские рубежи СССР.

После окончания 8 класса Тарусской средней школы он отправился в Калугу – решил стать газоэлектросварщиком. Отучился год и был призван в армию. Служить пришлось в Литовской ССР, в Клайпеде, где в учебном подразделении изучал всё, что необходимо знать пограничнику. Это прежде всего физическая подготовка, политическая подготовка, а также владение профессиональными знаниями, которые нужны каждому стражу рубежей: умение определить по следу, куда направился нарушитель, нёс ли он на себе какой груз или был налегке, был ли он один. Ведь не секрет, что перейти границу могли двое, но если один несёт другого, то и след останется как от одного нарушителя. Но там, где впоследствии пришлось служить Александру, потребовались не все навыки. После успешного окончания учебки ему предложили продолжить службу в Воркуте – там уже год как организовался погранотряд, и требовались грамотные обученные специалисты.

Зачем в Воркуте был организован погранотряд, расскажет сам Александр: «В то время вдоль северной границы не было даже наблюдательной пограничной службы (если не считать наблюдательных пунктов в Мурманске, Игарке  и заставы на мысе Уэлен). И это на территорию протяжённостью в тысячи километров!  Поэтому советское правительство приняло решение закрыть те ворота, через которые можно было безнаказанно пройти.

Кто разбирается в географических картах, наверняка замечал  обозначенную  границу  полярных владений СССР, но это была лишь условная линия. А фактически север был открыт. Поэтому создали посты наблюдения практически в каждом северном населённом пункте. Думаете их можно обойти? А теперь представьте себя на месте нарушителя! И как можно преодолеть сотни километров тундры, не замерзнув и не став добычей хищников? А если такой горе-шпион войдёт в любой населённый пункт, то там все знают всех и чужака вычислят сразу. Так что шансов проникнуть вглубь страны с севера практически не было».

Служил Александр в комендантском взводе. В каждом пограничном отряде есть такое подразделение, где бойцы специально обучены для выполнения особых задач  - охраны штаба, складов, переброски войск и других особых поручений.

Вадим МАЛЬЦЕВ.

 

 

Яндекс.Метрика